Z&X

 


 

Х: Разве ты никогда не...

Z: Не что? 

Х: Не думал? Не знаю, это так просто, перестаёшь говорить и тут же начинаешь думать. А помнишь ту бабку, которую, увидав однажды утром, ты собрался запомнить? Просто так. Без видимых на то причин. Ты подумал: «Вот её я забуду, как всё ненужно еи неважное для меня.» И тут же добавил: «Нет, теперь точно не забуду.» Помнишь её? 

Z: Нет. 

Х: Конечно, нет! Ни лица, ни одежды, ни походки не помнишь! А протест — помнишь. 

Z: Знал бы, что ты привяжешься, не думал бы о ней вовсе. Заодно протестовать было бы нечему, а, следовательно, и запоминать. 

Х: Но разве ты никогда не...

Z: Решили же уже, что думал! 

Х: И не о том. Ты запоминаешь только протесты. Ну, смотри же! Ты ничего не помнишь о той встрече, кроме протеста, ты даже встречу бы не запомнил, если б не твоя натура: осознать и сделать наоборот. Как тогда, когда с качелей упал в детстве. До сих пор ведь помнишь, что сказали «руки не отпускать.» 

Z: Что тебе от меня надо? 

Х: Ты никогда не умрёшь! 

Z: Это ещё почему? Разве я не могу протестовать против.. 

Х: Ты протестуешь против мысли. И мысль твоя звучит сейчас «Ещё как умру, вот посмотришь.» Да, ты можешь протестовать. Ты против неё и...

Z: Захлебнись бесконечностью. 

Х: Слова кончились, верно? 

Z: Посидим, помолчим? 

Х: Давай. Кa'к он? 

Z: Мне рассказать о нём? 

Х: Помолчи, я пойму. 

Z: Не читай мои мысли! 

Х: Я не читаю мысли, я вижу твои протесты против них. Выдаёшь себя. Ты хочешь рассказать о нём. Назло всем. Себе тоже. Скажи, не верно? 

Z: Нет. 

Х: Да. 

Z: ...

Х: Помолчим? 

Z: Ладно, а ты о чём думала? 

Х: Когда-нибудь? 

Z: Да, когда-нибудь. 

Х: Я думала, что схожу с ума. Думала, что непростительно громко сходить с ума. Почти неприлично. И судить осмеляться все, Калигула, всё, потому как в этом мире нет судьи, каждый готов вообразить себя им. Но осуждая моё сумасшествие, они не заметят, что выглядят ещё нелепей, чем я. Моего тихого сумасшествия никто бы не заметил, я не кричу о нём, если бы тот один не ткнул пальцем и не рассмеялся. Что за манеры у этого мира? Коль он берёт на себя роль судьи, то почему не могу взять роль и я? 

Z: Это болезнь.

Х: Громко, громко, не говори так. Называть меня безумцем, значит, называть гением. Но… Ты видишь как я..? 

Z: Я...

Х: Не покончишь. 

Z: ...

Х: Давай, что ты стоишь?!
Неужели твоя натура в первый раз смирилась?!
(Заметь, ты перечил мне вначале, а теперь?!)
Кончай со всем!
Со мной! С собой!
Бей зеркала! Кроши этот мир!
Перережь гранью горло, коли не можешь выйти за неё!
Ну..?

Обсудить у себя 2