этот ангел декаданса опять пьян в говно.

Круг сомкнулся на сигаретах. Такое бывает. Какой-то незначительной вещицей соединяются, совершенно несоединимые вещи. И вот, в этот раз это пачка галльских сигарет. Экзистенциализм, театры абсурда, Джим Моррисон и мои вступительные. И Кортасар, да. 

Я так отвыкла от этого имени. Мне дико писать его имя к его фамилии. А раньше я так часто шептала его. По ночам. Сжимая тонкими пальцами призраки ночи. Скользя руками по их плечам. А теперь? А теперь мне непривычно. Это имя стало чужим. Джим… Джим? Джим. 

...

Как он мог совмещать это всё в себе? Слишком много противоречий. Я никак не могу понять, что не нужно ни от чего отказываться. И чёрный фрак так же подходит мне, как и рваные джинсы. Это всё — я.

Но каждый раз, выбирая себя по утрам, я от чего-то отказываюсь, я предаю себя. Я так и не научился с этим жить. Сегодня мы идём на концерт классической музыки, и если мы нажрёмся, то нажрёмся утончённо.
И это не берцы, это сапоги. 

А этот ангел декаданса опять пьян в говно.  

Обсудить у себя 6